Не подтвержденный диагноз

«У меня Сovid-19, но теста еще нет». Пациенты с подтвержденным диагнозом лечатся в том же отделении

Не подтвержденный диагноз

У журналиста Анастасии Джмухадзе по симптомам диагностировали коронавирус. Скорая привезла ее в стационар с сильной одышкой, тахикардией, тремором рук. Анастасия рассказала «Правмиру», как она заболела, почему ей сразу не поставили верный диагноз и что происходит в отделении, где она сейчас лечится.

Я не врач, у меня нет медицинской статистики или массива данных, поэтому я ориентируюсь на слова и мнения докторов, с которыми взаимодействую. Все, что описываю, происходит под контролем моего лечащего врача, главного врача «Ментор Клиник», к.м.н. Рашада Абышева. 

Я не буду рассказывать ряд медицинских подробностей и детали лечения, чтобы люди мнительные не искали у себя «то же самое» и не занимались бесконтрольным самолечением. Это не экспертная статья, а исключительно личный опыт. 

«Это не ОРВИ, полощите хлоргексидином»

Зная свои заболевания, я соблюдала карантин. Не жестко, но не ездила с середины марта в общественном транспорте, последний раз «в обществе» была 16 марта, лишний раз не ходила в магазин, пока были маски, носила их. Кнопки лифта, ручки, краны я не трогаю никогда, санитайзеры всегда есть с запасом, как и нитриловые перчатки, а руки мою много раз в день. 

Началось все 3 апреля с того, что заболело горло, сел голос, очень сильно болела голова. Буквально сразу поднялась температура 37,4.

Но поскольку я вообще склонна к ОРЗ и бесконечно цепляю ОРВИ, я не беспокоилась. Теплое питье, снуд замотала и по самые глаза натянула — пойдет. 

На следующий день стало хуже, температура была 38–38,6, появились боли в груди и одышка. Правда, надо понимать, что у меня есть ряд хронических заболеваний, одышка и тахикардия бывают часто. Так что опять же никакой паники. На третий день самочувствие совсем не улучшалось, голос был ужасен, все полоскания и симптоматическое лечение не давали результата. 

Больше всего беспокоили сложности с дыханием. Поскольку у меня диабет, я в группе риска, сестра буквально заставила звонить в скорую.

Меня переключили на врача, она сказала, что 38,6 сбивать не надо, рекомендовала «больше пить, температура выходит с мочой» и вызвать участкового терапевта.

Участковый терапевт, судя по амбре, накануне весело провел субботний вечер, поэтому ему хватило одного взгляда в мое горло: «Это не ОРВИ, а бактериальная инфекция, вот антибиотик, полощите хлоргексидином». 

Я посоветовалась со своим врачом, сдала анализы (в том числе на те самые бактериальные инфекции). Они пришли чистые. К среде, как мне показалось, стало лучше, прошла постоянная слабость, и я уже начала что-то делать, перемещаться, не задыхаясь, и обрадовалась, что выздоравливаю. 

По симптомам узнали коронавирус

Утром в четверг, 9 апреля, я проснулась в совершенно разбитом состоянии. Даже субъективно чувствовала бешеную тахикардию, головную боль, одышку, тремор рук. Голос сел еще хуже, чем раньше. Дышать было очень тяжело и больно. Была кратковременная потеря сознания.

Анастасия Джмухадзе в день, когда ее увезли на скорой

Мой врач сказал перестать тянуть время и вызвать скорую. Врачи подтвердили очень высокий пульс, давление и достаточно высокий уровень глюкозы в крови, им не понравилась кардиограмма.

Приняли решение госпитализировать с «ОРВИ и состоянием после обморока».

Конечно, врач скорой после описания диагноза и назначенного участковым лечения сделал круглые глаза и еле сдержался от очень язвительных комментариев. 

Меня привезли в Первую инфекционную больницу на Волоколамке. В приемном боксе врачи в противочумных костюмах еще раз опросили, посмотрели, послушали, взяли мазки на коронавирус и приняли решение отправить в стационар. Стационар находится на другой территории, меня туда отвезли в сопровождении, и вот я в 5-м отделении. 

Врач после первого осмотра сказала, что по всем симптомам это коронавирус, но обязательно сделаем ряд анализов, КТ, а также повторные мазки на SARS-CoV-2. Что точность анализа низкая, особенно первого: не менее 30% ложноотрицательных результатов. 

И это неудивительно: как я говорила, его берут в приемном боксе, и хотя надо брать натощак, чтобы человек не пил и не ел минимум 3–4 часа, желательно с утра, эти условия не соблюдают, когда привезли — тогда и сделали.

Сам тест не обладает высокой чувствительностью и точностью, плюс неправильный забор — и вот мы получаем такую статистику. Сторонники теории заговора думают, что кто-то ее сознательно занижает, но в этом нет необходимости.

 

В приемном боксе

На одном этаже — люди с Covid-19 и вирусной пневмонией

5-е отделение — это детская нейроинфекция, у которой отобрали часть палат, переоборудовали их, поставив другие кровати. Теперь здесь лечатся пациенты с ОРВИ (а covid тоже ОРВИ) и вирусной пневмонией. 

В моей палате шесть мест. У нас у всех один и тот же код заболевания. Разделения на тех, у кого подтвержден анализом ковид, и тех, у кого вирусная пневмония без подтверждения, нет. 

Подтвержденных стараются по возможности отселить в другие палаты. Но у нас по-прежнему общие пространства: туалетов два на пост, две раковины, один душ. Вода, кипяток, чай — в общих чайниках, за которые все мы беремся. Общие холодильники для передач, одна микроволновка. 

Два частых вопроса после моего попадания сюда: как вы не боитесь заразиться коронавирусом, если вас не разделяют, и почему вообще, если вы все ходите и не на кислороде, лежите в больнице и занимаете места?

Здесь нет тех, кто просто чихнул или покашлял. Все попадают в состоянии и с симптомами, требующими медицинского сопровождения и контроля.

Держать просто так, без необходимости, не будут ни дня, потому что, действительно, поток большой, места нужны. Это не прихоть пациентов, а решение врачей. 

Все здесь со схожими симптомами и клинической картиной, и даже если нет положительного анализа, по определенным признакам эти пневмонии приравниваются к ковиду. Мы все получаем (подтвержденные и нет) одинаковое лечение: ряд антибиотиков и ингаляции с препаратами (все дозировки, сочетания и продолжительность определяют только врачи каждому пациенту по его конкретной ситуации). 

Ждать анализов слишком долго: в первую очередь делают тем, кто находится в тяжелом состоянии и средней тяжести, только потом «легким» — ходячим. Это не значит, что здесь пациенты, у которых все хорошо и чьи здоровье и жизнь в безопасности, просто есть те, кому хуже и нужнее. Анализы самих врачей и медсестер тоже готовятся очень долго, потому что сейчас они все считаются здоровыми. 

Палата на 6 человек. Все с аналогичной симптоматикой

Медсестры — в обычных халатах и масках

Здесь, как и везде, заразиться коронавирусом можно. Но здесь два раза в день все моют, на этаже четыре бесконтактных санитайзера, масочный режим (нельзя в коридор без масок и без необходимости, только на процедуры, в туалет, за водой). 

Есть шапочки, перчатки, бахилы, дезсредства, все это в коридоре в свободном доступе, можно протирать и передачи, и свои вещи. И маски есть, хоть и не в изобилии, стараемся «растягивать» одну на день. Наш пост (половина отделения) — 26 взрослых и 13 детей, представьте, сколько было бы нужно, если бы каждый использовал маску только один раз для выхода в коридор. 

У врачей и медсестер нет никакого «шлюза» и перехода в «красную», «грязную» зону.

Лечащий врач в полном костюме, очках, перчатках, а медсестры просто в обычных костюмах и масках. Дежурный врач тоже в обычном халате и маске.

Никаких крутых респираторов и космических нарядов. Маски берут те же, что и мы. 

Естественно, заболевают и они, и их семьи. Многие уже на больничных или сами в больнице. Медсестры сейчас уже работают сутки через сутки, а такая нагрузка, конечно, тоже не укрепляет иммунитет. И риск заражения возрастает. 

К вопросу о жалобах «меня не забрали в больницу»: можно и вдвое больше коек наставить, но кто всех будет лечить и обслуживать? Вообще, мне кажется, сейчас самое время с бОльшим пониманием отнестись к медикам.

Нагрузки бешеные, и жаловаться, почему больно сделали укол или не прибежали из-за температуры 37,2, неразумно.

Даже наше «легкое», ходячее, отделение — это приступы удушья, скачки давления, несбиваемая температура, кашель до рвоты, обмороки и много прочих «развлечений».

freepik.com, Анастасия Джмухадзе /

О пандемии коронавируса в телеграм-канале «Правмира» @pravmirru: каждое утро — актуальная и достоверная информация из СМИ и блогов. Подписывайтесь!

Источник: //www.pravmir.ru/u-menya-sovid-19-no-testa-eshhe-net-paczienty-s-podtverzhdennym-diagnozom-lechatsya-v-tom-zhe-otdelenii/

Не пациент должен доказывать вину больницы в неустановлении верного диагноза, а больница – отсутствие своей вины в ошибочном диагнозе

Не подтвержденный диагноз

Новости и аналитика Новости Не пациент должен доказывать вину больницы в неустановлении верного диагноза, а больница – отсутствие своей вины в ошибочном диагнозе

По искам пациентов и их родственников о возмещении морального вреда в связи с некачественным оказанием медицинской помощи ответчики – медорганизации всегда обязаны самостоятельно доказывать свою невиновность в неустановлении правильного диагноза либо невиновность в неправильном/несвоевременном лечении. Такое распределение бремени доказывания, по мнению Верховного Суда Российской Федерации, соответствует Гражданскому кодексу в системной взаимосвязи с законодательством о правах граждан в сфере охраны здоровья, включая государственные гарантии обеспечения качества оказания медицинской помощи (Определение ВС РФ от 2 сентября 2019 г. № 48-КГ19-9).

Иллюстрацией к указанному тезису послужило дело о возмещении моральных страданий в связи с неправильным лечением: гражданин умер дома, на второй день после посещения травмпункта, и продолжая назначенное там лечение.

Лечили его – хоть и недолго – от ушиба грудины, а умер он, оказалось, от пневмонии. При этом рентген-снимок грудной клетки пациента у травматолога был, и он его даже просмотрел.

Но, к сожалению, не обратил внимания на характерное для пневмонии затемнение, не заподозрил болезнь легкого, не назначил адекватное лечение сам и не направил на дообследование к другому.

Итог – безвременная смерть. Супруга и дочь умершего обратились с иском о компенсации морального вреда, причинённого ненадлежащим оказанием медпомощи.

В иске им, однако, было отказано: ведь нет прямой причинно-следственной связи между обследованием пациента у травматолога и его смерти в течение 48 часов. Да, медпомощь была оказана неполно: не уточнен анамнез, поверхностное физикальное обследование и т. п.

, однако пневмония протекала малосимптомно, и к тому же врач-травматолог рекомендовал пациенту продолжить лечение, подразумевая под оным и обследование в поликлинике по месту жительства.

А уж если пациент ни сам туда не обратился перед смертью, ни его родные не вызвали ему ни участкового, ни “скорую”, то в этом травматолог не виноват; допущенные им недостатки лишь способствовали прогрессированию пневмонии и неблагоприятному исходу заболевания для жизни пациента.

А кроме того, в заключении судебно-медицинской экспертизы нет выводов о степени тяжести вреда, причинённого здоровью пациента действием (бездействием) работника больницы. А раз эксперт не установил степень тяжести вреда здоровью, то прямой причинно-следственной связи между спорной медпомощью и наступившей смертью, безусловно, нет.

Таким образом, ухудшение состояния здоровья, приведшее к наступлению смерти пациента, суд связал лишь с дальнейшим его необращением за медицинской помощью.

ВС РФ решения первой и апелляционной инстанций отменил и отправил дело на пересмотр, отметив, что дело было рассмотрено с нарушениями:

  • суды не применили положения ГК РФ о возмещении вреда, причиненного здоровью и жизни гражданина, в системной взаимосвязи с законодательством РФ об охране здоровья. Между тем, исходя из положений Конституции РФ и положений Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ “Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации”, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой мер, в том числе определением принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, а также установлением ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Таким образом, нарушение качества медицинской помощи уже само по себе рассматривается в качестве нарушения конституционного права гражданина на охрану своего здоровья;
  • суды не применили положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях ЕСПЧ в их взаимосвязи с нормами Конституции РФ, Семейного кодекса, ст. 150, ст. 151 ГК РФ, из которых следует, что в случаях оказания ненадлежащей медпомощи гражданину с исками о компенсации морального вреда могут обращаться члены его семьи. Потому что – исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, – возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому пациенту;
  • по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причинённый вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда;
  • следовательно, потерпевший в указанном деле представляет исключительно доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий – если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред;
  • больница же, – применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием, – должна была доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда супруге и дочери смертью пациента, медицинская помощь которому была оказана ненадлежащим образом;
  • однако в данном деле суды неправомерно заставили истцов доказывать обстоятельства некачественного оказания медпомощи и причинно-следственной связи между ненадлежащим оказанием помощи и наступившей смертью. Суд отказался оценивать их доводы о том, что в случае оказания пациенту качественной и своевременной медпомощи и проведения всех необходимых обследований и диагностических мероприятий, ему был бы правильно и своевременно установлен диагноз, и следовательно, была бы оказана надлежащая медпомощь с учётом его состояния здоровья. В то же время ответчиком – больницей – не было представлено доказательств, подтверждающих отсутствие её вины в неустановлении пациенту правильного диагноза, что повлекло за собой ненадлежащее и несвоевременное лечение пациента, приведшие к ухудшению состояния его здоровья и последовавшей его скоропостижной смерти;
  • конкретно, суды не выяснили, предпринял ли врач все необходимые и возможные меры, в том числе предусмотренные стандартами оказания медпомощи, для своевременного и квалифицированного обследования пациента по его жалобам; правильно ли были организованы обследование пациента и лечебный процесс; имелась ли у больницы возможность оказать пациенту необходимую и своевременную помощь;
  • а раз бремя доказывания было распределено неправильно, то вывод – об отсутствии причинно-следственной связи между недостатками медпомощи, оказанной пациенту сотрудниками больницы, и его наступившей смертью и причинением тем самым истицам морального вреда, – нельзя признать правомерным.

Дополнительно ВС РФ указал на еще один существенный недочет – суды проигнорировали положения закона о правах и обязанностях лечащего врача. А ведь именно лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, приглашает для консультаций врачей-специалистов либо даже созывает консилиум врачей, оценивает советы приглашенных врачей и устанавливает диагноз.

Наконец, суд не должен был увязывать наличие причинно-следственной связи между спорной медпомощью и смертью пациента с тем, указал ли эксперт в заключении СМЭ точную степень тяжести причинения вреда здоровью, – одно с другим не связано.

Документы по теме:

Гражданский кодекс Российской Федерации

Источник: //www.garant.ru/news/1297185/

Почему регионы рапортуют о «предварительно положительных» результатах на коронавирус

Не подтвержденный диагноз

Главы регионов в своих социальных сетях отчитываются о предварительно положительно результатах на коронавирус.

Человек не считается зараженным новой коронавирусной инфекцией, пока он не получит подтверждение его заболевания из Роспотребнадзора Москвы или центра вирусологии «Вектор».

Об этом рассказали «Северо-Запад. МБХ медиа» в пресс-службе правительств Вологодской и Мурманской областей.

Так, губернатор Вологодской области пишет: «У двух череповчан выявлено подозрение на коронавирусную инфекцию. Пока это предварительный диагноз».

Глава Мурманской области сообщает: «За сутки выявлено пять новых предварительно положительных результатов на коронавирус». О предварительно положительном диагнозе рапортует губернатор Псковской области.

Там с быстро развивающейся пневмонией была госпитализирована в городскую больницу женщина.

Как «Северо-Запад. МБХ медиа» пояснили в пресс-службах Вологодской и Мурманской областях, так называемые экспресс-тесты не дают 100% результата. «Это мобильный тест. Он делается в экстренных случаях.

Если он дает положительный результат, то тогда для 100% уверенности его отправляют в Москву. Пока не известно, в какой срок ответы на анализ к нам нам поступят.

Нельзя говорить, что человек заражен, пока не придет из Москвы точный результат», — рассказали в пресс-службе правительства Вологодской области.

В Мурманской области анализами на коронавирус занимается лаборатория регионального Центра гигиены и эпидемиологии, но положительные результаты они отправляют для проверки в Москву.

«Мы сознательно говорим о том, что про „предварительно положительный результат“, так как хотим быть максимально открытыми. Мы хотим, чтобы люди понимали, что именно происходит. Пока диагноз окончательно не подтвержден, мы говорим о предварительно положительном. Первый анализ делается в Мурманской области», — рассказали «Северо-Запад. МБХ медиа» в пресс-службе Мурманской области.

Там таже отметили, что диагностика инфекции осуществляется молекулярно-генетическими методами — ПЦР (полимеразная цепная реакция).

Однако в правительстве подчеркнули, что предварительно положительный результат все же может отказаться и отрицательным. «У нас на прошлой неделе была история с женщиной из Оленегорска.

Ее результат сначала оказался положительным, но он не подтвердился», — рассказали в Мурманской области.

Врачей выражение «предварительно положительные» результаты анализов застают врасплох. Значения этих слов они не понимают.

«Такие заявления звучат более чем странно, так как должностные лица, докладывающие о количестве диагностированных случаев, по моему мнению, должны владеть четкой терминологией.

Согласно основному документу, в котором прописана клиника, диагностика и тактика ведения пациентов (Временные методические рекомендации по профилактике, диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции 2019-nCoV) есть лица с подозрением на коронавирусную инфекцию, которые поступают в специализированные медицинские учреждения, и пациенты с лабораторно подтвержденным диагнозом. Лабораторно диагноз подтверждается, когда у пациента проводят ПЦР-диагностику (полимеразная цепная реакция) взятого биологического материала (чаще всего это мазок из носа, носоглотки или ротоглотки)», — пояснила «Северо-Запад. МБХ медиа» врач акушер-гинеколог, менеджер председателя профсоюза «Альянс» Анастасия Тарабрина.

Руководитель научно-исследовательской лаборатории «Амбер» Вениамин Старцев рассказал «Северо-Запад. МБХ медиа», что тот метод, которым диагностируют коронавирус сейчас, не относится к экспресс-тестам.

«Минздрав сообщил, что диагностику коронавирусной инфекции нужно проводить с помощью полимеразной цепной реакции (ПЦР), но это не экспресс-тест. Он занимает три-четыре часа и требует лабораторного оборудования, лицензии. ПЦР диагностика — это очень точный способ.

Он позволяет обнаруживать от одной до более вирусных частиц в биологическом материале. Сам метод очень чувствительный. Он известен с 1983 года. За него американский ученый Муллис получил Нобелевскую премию.

Это золотой стандарт диагностики любых инфекций», — пояснил Старцев.

Как заметил Старцев, тесты, действительно, могут дать неверный результат. Это может произойти в том случае, если он сделан или проведен некачественно. Руководитель научно-исследовательской лаборатории убежден, что ПЦР-диагностика — надежный метод в умелых руках.

Также Старцев сообщил «Северо-Запад. МБХ медиа», что в своей лаборатории они разработали новую систему по выявлению в коронавируса на другой технологической платформе. «Мы используем иные ферменты, которые позволяют нам провести анализ при одной температуре. При ПЦР используются три температуры.

Применяется дорогостоящее оборудование и тратится много времени. Наши тесты позволяют протестироваться на коронавирус в домашних условиях, по аналогии с тестом на беременность. У нас анализ занимает 40−50 минут. Это уже быстрее, чем в лаборатории. Мы стремимся к 15 минутам.

Вчера мы показывали журналистам лабораторный прототип нашего теста», — рассказал Вениамин Старцев.

Источник: //newsvo.ru/press/126110

Юрист Михеев